В Москве открылся новый книжный магазин – «Циолковский». Его девиз – «Читать. Думать. Действовать».
Google не сможет создать крупнейшую в мире цифровую библиотеку.

Земляк Василь

13-09-2017

Содержание "Лебединой стаи" и "Зеленых Млинов", кажется, вовсе нетрудно определить, приняв во интерес зовнишньоподиеве старт дилогии. Это, в первую очередь, воплощенная в образе села Вавилон история украинского Побужье, начиная с послереволюционных событий, когда возникали коммуны и шла смертельная "классовая" борьба, и кончая освобождением края весной 1944-го от фашистских оккупантов. Элементы условности, фантастики, гротеска помогают читателю замечать в истории и историях вавилонских не только лишь прямое, но еще и дополнительное, II-е значение, которое ассоциируется не легко с идеей, а с ее философичностью. Не просто так практически все, что случается в Вавилоне или близко него, находит соответствующий комментарий в устах доморощенного, "самодеятельного" философа Льва Храброго.

В этом произведении трудность рассказчика в целом относится к особенно сложных и значимых, т.к. речь ведется не о стиле, не так о точке зрения, как об оценочной позицию - героев, автора, читателя.

Хотя события, изображенные в романе-дилогии, без какой-нибудь двусмысленности адресованы в жизнь, в действительность с конкретным соревнованием сил, социально, исторически порожденных. В "Лебединой стаи" это - бедняки, которых объединяют в коммуну, а в то же время, на другом полюсе - богачи, бывшие хозяева - Бубели, Гуси, Раденьки такое. Пожалуй, лишь Явтушок Голый надо посередине, колеблясь, перебегая из лагеря в лагерь зависимости от политической погоды. Истина, некоторое время пробует остаться не то чтоб "над", а "мимо" поединка и "философ" Левко Отважный.

1 из наиболее примечательных признаков произведения - богатство и выразительность социально-психологического типажа героев, которые на самом деле достигают уровня типов, разнообразия живых, выпуклых, тонко вималюваних характеров. Максим Тесля и Клим Синица, "поэт-сыродел" Володя Яворский и Лель Лелькович, Орфей Кожушный и его (и, собственно, не его) Мальва, братья Соколюк и Харитон Гапочка, Явтушкова Фрося и Паня Ластовенко, даже абсолютно эпизодические персонажи, вот Тихон и Одарка, что любили обедать по соседям надурняка, - любой встает перед нашим взором как живой, считает, заявляет и действует по-собственному, по велению лишь ему присущей "природы". А за компанию взятые они образуют ту целостность, имя которой народ - в конкретно-исторической общественной его характеристике.


Другие статьи по теме:
 Василь Земляк
 Бунин Иван Алексеевич
 Иван Сенченко
 Иван Гнатюк
 Иван Кочерга

Добавить комментарий:

Введите ваше имя:

Комментарий: