В Москве открылся новый книжный магазин – «Циолковский». Его девиз – «Читать. Думать. Действовать».
Google не сможет создать крупнейшую в мире цифровую библиотеку.

Андрей Малышко

05-07-2017

Ему назначено и дальше идти,

Через все свадьбы наши и тризны,

Через любви нашей мосты ...

... В будущем солнце нашей Отчизны.

Павличкового лира тяготеет к сложным общечеловеческим проблемам в их острейших противоречиях, контрастах. Добро и зло, любовь и ненависть, лепестки и лезвия, свет и тьма - Павлычко размышляет над этими вечными тезисами как философ, а осмысливает и рассказывает о них - в изысканных и точных образах. Так, в сонете «Взгляд в колодец» поэт придает свету всеобъемлющего, вселенского значения:

Я понимаю свет.

Это - душа,

Любви и космоса глубины.

Жертва.

Блеск ума.

Благословение мира.

Ярости рук.

Веселье травы.

То есть - все сущее на Земле, в Космосе, в человеческой душе, и его воспринимает поэт как изначальную данность - и уж тем - животворную силу. Темнота же чужда ему. Это, возможно, одиночества печаль, дух калины, зависть, злоба ... Они - чужие поэту. И они должны существовать - как антитеза, как контраст, так как «Без тьмы свою мощь Не может сияние людям объявить». И так они идут в паре - свет и тьма, радость и горе, красное и черное. И только тьма смерти, так можно понимать душу поэта, позволяет увидеть и оценить истинную стоимость вещей и дел.

Прочной внутренней нитью сочетание конкретики с глобальными, мировыми мотивам связанные сонеты "Когда умер кровавый Торквемада ...»,« Взгляд в колодец »,« Крылья »,« Нетерпеливость »,« Мост »и еще целый ряд других произведений высокого философского и гражданского звучания. В них в основном через более-менее прозрачные аллегорические одежды ясно проступают реалии времен тоталитаризма, который, конечно же, не исчез после смерти Сталина, а проявлял себя в разных ипостасях - то недолгой оттепели, то стагнации, то жестоких репрессий, то лицемерной перестройки.

Потрясающе сильно звучит сонет «Голгофа», в котором из глубины веков проступают трагические судьбы и богов, и человеческих гениев, гонимых, униженных, оскорбленных недоверием, наконец, распятых - вспомним судьбу Овидия, Джордано Бруно, Галилея, Яна Гуса, Шевченко, Василия Стуса. Мученическая смерть - это, конечно, страшно. Гибнуть отторгнутым от души и сердца народного, не понятным и чуждым ему - для кого отдал всю жизнь ... Страшно, когда народ равнодушно смотрит на казнь, а то еще и ветви подбрасывает. Страшно не за себя - страшно за такой народ.

И еще страшнее, пишет Павлычко,

как снимают ката

с крести справедливой позора,

Колени становятся вокруг мертвеца

И ждут в мольбе, что он вот-вот воскреснет.

Здесь уже на первый план выходит позор народа, приспешников или ничтожеств, которые боялись даже тени мертвого палача, вспомним: «Сдох тиран, но стоит тюрьма». И еще большая позор, когда именем мертвого палача совершались бесчеловечные преступления - а его бывшие подручные пытались реанимировать если уже не его, то хотя его дела, во тьме лжи видать черное за белое. Поразительно звучат строки взрывчатого обобщающей силы:

Одна Голгофа испокон веков была:

Разбойник и создатель висели рядом,

И в темноте не различали их.

Но мы должны видеть у свете,

Где убит бог, а где всемирный хам,

Что перед смертью распинал народы.

Под стихотворением подчеркнуто стоит дата: 1969 год. Речь идет о трагедии чешского и словацкого народов 1968 года. Интересно, что и здесь продолжается философское осмысление образов света и тьмы, начатое в «Взгляде из колодца».

Как всякий поэт, Д. Павлычко, конечно же, обращался к интимной лирики, где талант его раскрылся на полную мощность. Стихи о любви, вошедшие в сборник «Тайна твоего лица» (1974, 1979), с полным правом можно сопоставить со знаменитым «Увядшие листья» И. Франко.

Лирический герой Павличкового сборки - то наш современник, духовно богатый человек, умеющий видеть и тонко чувствовать красоту. Его любовь чистое и искреннее, а вместе с тем - чисто земная, соединенное со здоровой страстью. В интимных стихах Павлычко кроется глубинный скрытый смысл. «Ты - как дождь, а я - как явор. Хочу листьями тебя поймает ». И полное глубинное постижение любви - двойное, духовное и телесное, как это просматривается в интересном образе: «Ты должна приходить дважды: Сначала - с неба, а затем - с земли».


Другие статьи по теме:
 Земляк Василь
 Анатолий Давыдов
 Биография Григория Сковороды
 Карпенко-Карый
 Роман Иванович Иваничук

Добавить комментарий:

Введите ваше имя:

Комментарий: